GeorgianHistoryНезависимый исторический журнал
← Все материалы

Город, сохранивший имена

Средневековый некрополь Дманиси, XIII–XIV века. Что грузинские, армянские и арабские надписи на камне рассказывают о жителях города в долине Машаверы.

Постер «Город, сохранивший имена». Слева — акварельная реконструкция западной грани стелы dm.15, справа — фрагмент археологической прорисовки восточной грани с четырьмя строками асомтаврули.
Стела dm.15, Дманиси, первая половина XIII века по датировке исследователя. Слева — акварельная реконструкция; справа — фрагмент прорисовки Джимшера Чхвимиани: Kadmos, № 7 (2015), с. 100, рис. 18; CC BY-NC 4.0.

На одном надгробии Дманиси исследователь прочитал имя Окро, на другом — Эбиа. Сокращённые молитвенные формулы и несколько высеченных букв возвращают нам жителей средневекового города. Их личные истории почти неразличимы, но камни сохранили имя умершего и просьбу о милости к его душе. Оба чтения предложены исследователем: в надписях есть сокращения, а на камне Окро — ещё и повреждение. [1]

Дманиси стоял в Квемо-Картли, в долине Машаверы. Его средневековый некрополь помогает исследовать население города, где встречались разные религиозные и культурные традиции. Здесь известны грузинские, армянские и арабские мемориальные надписи. В исследовании 2025 года Джимшер Чхвимиани, Арутюн Худанян и Владимер Кекелиа сопоставили новые находки надгробий с армянскими надписями с расположением погребений и историей городских общин. [3]

Два грузинских памятника подробно разобрал Чхвимиани в исследовании 2015 года. Надписи исполнены асомтаврули. Предлагаемое чтение одной содержит молитву о душе Окро, другой — о душе Эбиа. По археологическому контексту и начертанию букв автор относит стелу с именем Окро к первой половине XIII века, а памятник с именем Эбиа — к XIII веку. Значение этих находок выходит за пределы двух имён: они опровергают прежнее представление, будто в развитом Средневековье грузинские эпитафии на надгробиях здесь отсутствовали. [1]

За каждым таким прочтением стоит работа с утратами и сокращениями. Отдельную букву приходится рассматривать вместе с соседними знаками, формой памятника и обстоятельствами его находки. Здесь особенно важна разница между прочитанным именем и восстановленной биографией. Имя ещё не даёт профессии или родословной; сложность надгробия позволяет обсуждать статус, но не измерять состояние семьи.

Другую сторону городской памяти показывают мусульманские захоронения. В статье 2023 года Чхвимиани обращается к семейному участку внутри остатков круглого мавзолея № 3. Этот комплекс исследовали при раскопках 1970–1971 годов. На части составных надгробий сохранились арабские эпитафии. Семейная память получала здесь собственное архитектурное пространство; её материальные следы позволяют рассматривать устройство общины на уровне отдельных погребальных комплексов. [2]

Сопоставление памятников обнаруживает и сходство художественных решений. Чхвимиани отмечает сближение некоторых форм христианских и мусульманских мемориалов. Такие наблюдения позволяют обсуждать культурные контакты и работу камнерезов. Однако одинаковый приём обработки ещё не доказывает существование одной мастерской. Тем более он не означает, что разные верования слились или утратили значение для жителей. [2]

Язык эпитафии тоже требует внимательного прочтения. Он свидетельствует о выбранной письменной и религиозной традиции, но сам по себе не сообщает обо всех языках, которыми владел покойный. По сохранившимся камням нельзя вычислить долю каждой группы в населении. Для такой реконструкции нужны сведения о датах, расположении и сохранности погребений, сопоставленные с другими находками.

Историческая ценность некрополя состоит именно в этом соединении свидетельств. Надпись, форма камня и место захоронения позволяют приблизиться к людям, чья повседневная жизнь редко попадала в повествовательные источники. Средневековый Дманиси предстаёт городом семей, соседства и разных способов хранить память об умерших.

Источники и дальнейшее чтение